Остановка по требованию

32

Полиция не вправе беспричинно проверят документы у законопослушных граждан и ограничивать их свободу. Но на практике задержанному очень сложно доказать нарушение своих прав, еще реже удается взыскать причиненный незаконными действиями блюстителей порядка ущерб.

23.08.2021. АПИ — Потребовать предъявить удостоверение личность полицейский вправе у любого, кто по его субъективному мнению, в частности, подходит под ориентировку. Тогда как фактически задерживать могут только уличенных в противоправных деяниях.

Три часа на размышление

Действующий Кодекс РФ об административных правонарушениях делегирует полиции право доставления и задержания на срок до трех часов подозреваемых в совершении любых административных проступков. Кроме того, если за вменяемое правонарушение предусмотрен административный арест, гражданин может оставаться в камере до двух суток. Причем этот срок исчисляется не с момента, когда подозреваемого остановили на улице, а когда уже принудительно доставили в отделение. Нередко на это уходит еще несколько часов.

Позиция Конституционного суда России по этому вопросу противоречива. С одной стороны, он неоднократно указывал, что любое задержание в значении Европейской конвенции является лишением свободы, а также признавал недопустимым произвольное применение мер обеспечения по административным делам. «Должностное лицо, производящее административное задержание, должно располагать такими фактами и сведениями, которые достаточны для объективно обоснованного подозрения в том, что задерживаемый мог совершить соответствующее правонарушение», – констатировала высшая инстанция.

С другой стороны – само по себе отсутствие в действиях подозреваемого вины, установленное в ходе дальнейшего разбирательства, не означает незаконность действий полиции по его доставлению и задержанию. «Требования, обусловливающие правомерность применения мер обеспечения производства по делу об административном правонарушении, не предполагают, что компетентное должностное лицо уже в момент принятия решения о применении таких мер должно иметь доказательства, достаточные для разрешения дела по существу», – отмечается в определении Конституционного суда России (АПИ подробно писало о нем – Полиция вправе задерживать подозреваемых до установления их вины).

Полицейский всегда прав

Признавая действия сотрудников правоохранительных органов формально законными, суды отклоняют иски не совершавших никаких противоправных действий, но подвергшихся различным мерам принуждения граждан.

Так, возвращавшийся из гостей уфимец Александр Квитанцев был остановлен прямо у подъезда. Капитан Ирек Сафин и младший сержант Вадим Савинков потребовали предъявить паспорт и назвать место проживания, а также попросили осмотреть его сумку. По словам полицейских, в подъезде оборудуются тайники – закладки наркотиков, а находившийся там продолжительное время Александр Квитанцев вызвал подозрение. «Действия сотрудников полиции Сафина И.Т., Савинкова В.В. законны и обоснованы. Проверка документов Квитанцева А.С. проведена в целях выявления, предупреждения, пресечения и раскрытия преступлений», – заключил суд, отклоняя иск гражданина.

В распространении наркотиков заподозрили и петербуржца Виктора Иванникова. Наряд дорожно-постовой службы проверил его паспорт, а также потребовал предъявить рюкзак, карманы и даже файлы в смартфоне. Только после доставления в отделение выяснилось, что ввиду отсутствия рыжей бороды гражданин не подходит под ориентировку – через 42 минуты после начала проверки Виктор Иванников покинул помещение полиции, при этом никакие протоколы не составлялись. Служители Фемиды признали действия сотрудников полиции законными, а предпринятые ими меры – «отвечающими критериям необходимости, разумности и соразмерности».

Жители Екатеринбурга Андрей Щукин и Дарья Беляева провели в отделе полиции метрополитена около 20 минут. Из-за такого ограничения свободы женщина опоздала к окончанию учебного дня в школу за своим ребенком, который вынужден был находиться на улице в ожидании матери в одиночестве. В свою очередь, по словам сотрудников органов внутренних дел, первоначально граждане отказались предъявить паспорта и потребовали предъявить им ориентировку, послужившую причиной проверки документов. Для установления личности и ознакомления с ориентировкой они добровольно прошли в служебное помещение. При этом Дарья Беляева ничего не сказала про школу, поставив свои действия «в приоритет интересам ребенка». «Причиной остановки Беляевой Д.А. послужило наличие ориентировки, о чем она была поставлена в известность. Административные истцы изъявили самостоятельное желание пройти в служебное помещение для ознакомления с ориентировками, какие-либо меры принуждения в отношении них сотрудниками полиции не применялись, протоколы об административном задержании и доставлении не составлялись», – констатировал суд, подтверждая законность действий блюстителей порядка и отклоняя иск обиженных на них граждан.

Неслучайным было задержание проживающего в Усть-Илимске председателя правления гаражного кооператива «Лада» Дениса Хамуева. Владелец одного из гаражей сообщил в полицию о незаконной регистрации руководителя кооператива в Едином государственном реестр юридических лиц (ЕГРЮЛ). Поскольку в ходе так называемой доследственной проверки Денис Хамуев на вызовы не реагировал, в отношении председателя составили ориентировку, и в тот же день «беглец» был остановлен нарядом. При этом в отделении он воспользовался конституционным правом не свидетельствовать против себя. Служители Фемиды пришли к выводу, что действия сотрудников патрульно-постовой службы по доставлению главы кооператива в отдел для дачи объяснений соответствовали требованиям закона, поскольку он, не предоставив запрошенные у него документы, не выполнил законные требования полицейских. «Тот факт, что указанные действия могли вызвать неудобства для административного истца, не может являться сам по себе основанием для признания действий административных ответчиков незаконными», – отмечается в решении суда.

100 рублей за минуту

Необычное дело было рассмотрено в Республике Дагестан. Три активиста движения «Город наш» – махачкалинцы Арсен Магомедов, Мурад Мурадов и Зияутдин Увайсов, в полдень пришли на центральную площадь Махачкалы с целью «оценить результаты ее реконструкции». Почти сразу же участники такой «инспекции» были задержаны нарядом полиции и доставлены в отделение. Но уже через 15 минут отпущены. Суммарно ограничение свободы не превысило получаса.

Руководство правоохранительных органов считало действия подчиненных обоснованными и уличило активистов в «стремление придать ситуации резонанс, пошуметь, возмутиться «беззаконием» и попасть в ленту новостей». Согласно заявлению пресс-службы МВД Республики Дагестан, группа с видеокамерой привлекла внимание сотрудников патрульно-постовой службы и отказалась предъявить документы. «В результате группу молодых людей доставили в отдел полиции, установили их личности, после чего благополучно отпустили. Только и всего. К слову сказать, предоставили бы молодые люди документы, удостоверяющие личность, на месте, необходимости доставления в отдел полиции не возникло бы», – констатировали в ведомстве.

В качестве соответчиков активисты вызвали в суд сам наряд – капитана Мурада Магомедова, лейтенантов Абдулазиза Азизова и Мирзалиева. По утверждению истцов, у полиции не имелось оснований для их задержания и доставления в отдел, а такие действия нарушили их права на свободу и личную неприкосновенность.

Служители Фемиды пришли к выводу, что поводом к принудительному препровождению истцов в отдел полиции явилось предположение работников полиции о наличии в их действиях состава административного правонарушения. Тогда как само по себе возбужденное административное производство отсутствовало, равно как не имелось и самого события. Представитель правоохранительного органа не отрицал, что активисты «вели себя хорошо и общественный порядок не нарушали». «У работников полиции отсутствовали правовые основания к применению таких мер обеспечения производства по делу об административном правонарушении, как доставление», – заключил районный суд, признавая действия офицеров незаконными. Апелляционная коллегия поддержала это решение, к такому же выводу пришел и кассационный суд.

Во втором иске активисты требовали возместить причиненный такими действиями правоохранительных органов моральный вред – выплатить по 439 тысяч рублей (эквивалент пяти тысячам евро). Активисты ссылались на решение Европейского суда по правам человека (ЕСПЧ). Причинение морального вреда истцы также связывали с освещением факта их доставления на официальном сайте республиканского МВД и в сети «Инстаграм» без их ведома и согласия.

Отрицая обязанность возмещать такой ущерб, ответчик указывал на отсутствие причинно-следственной связи между действиями полицейских и наступившими негативными последствиями. «Не представлены какие-либо доказательства, подтверждающие индивидуальные особенности истцов, наличие имеющегося у них заболевания, период его возникновения, а также тяжесть перенесенных истцами физических и нравственных страданий», – заявили представители правоохранительного ведомства.

Суд констатировал, что незаконным доставлением в отдел полиции истцам, безусловно, были причинены нравственные страдания. Но их размер служители Фемиды оценили в 3 тысячи рублей каждому активисту. 

С таким решением не согласились ни ответчик, ни истцы. Представители республиканского МВД настаивали на полном отказе во взыскании, граждане требовали увеличить размер компенсации до заявленной суммы. Отклоняя обе жалобы, апелляционная коллегия признала установленную первой инстанцией сумму соответствующей требованиям разумности и справедливости, а указанную истцами – «чрезмерно завышенной, не соответствующей последствиям допущенного нарушения права и индивидуальным особенностям потерпевших». Не усмотрел оснований для пересмотра дела и кассационный суд.

Европейский стандарт

В целом поддерживая решения по «махачкалинскому делу», правозащитники считают выплаченную компенсацию в три тысячи рублей не соответствующей серьезности нарушения права на свободу и личную неприкосновенность, а также заниженной относительно практики ЕСПЧ. Сами заявители (Арсен Магомедов, Мурад Мурадов и Зияутдин Увайсов) ссылались, в частности, на решение по жалобе москвича Игоря Тарасова, уличенного за проведение несогласованного пикета в стенах Госдумы. Вред, причиненный задержанием на четыре часа и необоснованным привлечением к административной ответственности, страсбургские служители Фемиды оценили в 10 тысяч евро. 

Аналогичное решение было принято и по жалобе жительницы Нижнего Новгорода Лилии Греминой. Она не отрицала участие в «Марше несогласных» и демонстрацию плаката с пропагандистским содержанием. С момент фактического задержания на площади до отделения ее доставляли четыре часа, еще через два – скорая увезла активистку с гипертоническим кризом. Признавая наличие достаточных оснований для предотвращения совершения пожилой участницей массового мероприятия правонарушения, российский суд признал ее задержание непропорциональным. «В отсутствие соответствующих событий сотрудники милиции не имели оснований для доставления заявительницы в отдел внутренних дел. Поэтому высказанное в адрес заявительницы требование пройти в автобус или патрульную машину, чтобы ее можно было доставить в отдел внутренних дел, не являлось законным требованием, которое заявительница обязана была исполнить», – констатировал Нижегородский районный суд. С учетом возраста истицы, продолжительности незаконного лишения ее свободы (примерно пять часов), степени причиненных страданий и вины правоохранительных органов, ей присудили компенсацию в размере 30 тысяч рублей. ЕСПЧ обязал федеральную казну дополнительно выплатить Лилии Греминой пять тысяч евро.

Справка

По данным портала «Судебная статистика РФ», в 2020 году доставление как мера пресечения по делам об административных правонарушениях применялось в отношении 414,2 тысячи граждан, 409 тысяч из них (98,8 процента) были задержаны.

Мнения

Денис Шедов, аналитик негосударственного правозащитного медиа-проекта «ОВД-инфо»
Российские высшие судебные инстанции и Европейский суд по правам человека неоднократно указывали на обязанность полиции тщательно обосновывать каждый случай задержания и доставления. А лучше избегать подобных мер, если можно обойтись меньшими ограничениями. К сожалению, отечественные блюстители правопорядка часто игнорируют это правило и очень редко обосновывают примененные меры.

Вопрос задержания и доставления отказавшихся предъявить паспорт остается спорным. С одной стороны, у гражданина нет обязанности постоянно носить с собой удостоверение личности, а полицейские могут потребовать его только в определенных случаях. С другой – на практике сотрудники органов внутренних дел могут сослаться на наличие ориентировки, внешнюю схожесть человека с разыскиваемым или некие признаки правонарушения. Это всегда вопрос оценки и интерпретаций, а следовательно, тут большое пространство усмотрения правоприменителя. Вместе с тем представляется полезным обжаловать необоснованные случаи задержания и доставления «для проверки документов». Каждая такая жалоба вносит вклад в развитие общественного контроля над действиями правоохранительных органов, которые в современных условиях обладают практически чрезвычайной властью.

Добиться признания задержания или привлечения к административной ответственности незаконным крайне сложно, общественным активистам – особенно. Взыскать возмещение причиненного морального вреда удается еще реже. Отечественные правовые механизмы и практика не позволяют добиться достойной компенсации. Сама процедура устроена так, что человеку вначале надо пройти несколько кругов обжалования. На это уходят месяцы, а иногда и годы.

Поэтому рассмотренное в Дагестане дело очень интересно – активистам не только удалось добиться признания действий полицейских незаконными, но и получить хоть небольшую, но компенсацию.

 

Нвер Гаспарян, советник Федеральной палаты адвокатов

Мне кажется, нет никаких разумных причин отказываться предъявить удостоверяющий личность документ по требованию сотрудника полиции. Такое поведение как раз может вызвать дополнительные подозрения у проверяющего.

С другой стороны, закон не обязывает всех носить с собой паспорт, и за его отсутствие гражданин не может подвергаться мерам принуждения. Полицейские могут установить личность гражданина на месте посредством телефонных звонков, обращения в соответствующие базы данных и иным способом, без доставления в отделение.

Кроме того, сотрудник правоохранительных органов вправе проверять документы не по одной своей прихоти, а при наличии подозрений в совершении преступления, административного правонарушения или наличии иных оснований для задержания.

 

Ольга Рогачева, Адвокатская контора «Бородин и Партнеры», Воронеж

Федеральный закон определяет исключительные случаи доставления граждан. Например – наличие каких-либо фактических данных, позволяющих заподозрить лицо в совершении преступления или административного правонарушения. Для установления личности гражданин может быть доставлен, только если имеются основания полагать, что он находится в розыске или уклоняется от исполнения уголовного наказания.

Конституционный суд России неоднократно указывал, что применение такой меры обеспечения производства по делу об административном правонарушении, как доставление, не может быть произвольным. То есть полиция и суд обязаны соизмерять ограничение прав гражданина с одной стороны и диктуемую обстоятельствами дела действительную необходимость – с другой. Также требуется учитывать возможность практического достижения цели при минимальном ограничении свободы.

 
Источник: http://legalpress.ru/