ОЧНАЯ СТАВКА НА СУДЕ: МУДАРРИС МУСОЕВ И СКИНХЕДЫ, КОТОРЫЕ ХОТЕЛИ ЕГО УБИТЬ

21

4 марта в Верховном суде Татарстана состоялась очная ставка уроженца Таджикистана Мударриса Мусоева с членам группы скинхедов, обвиняемые в нападениях и убийствах иностранцев в городе Казань. Скинхеды из группы NS-WP («Национал-социализм— Белая нация, белая сила») поймали Мударриса в феврале 2017 года ночью в подземном переходе и так избили молотком и шилом, что он четыре месяца лежал в коме. Подсудимые обвинятся в поджоге машины уроженца Кыргызстане и еще нескольких нападениях, а также в убийстве африканского студента Маджхуба Тиджани в том же феврале 2017 года.


В 
Верховном суде Татарстана продолжается процесс на группой местных скинхедов, которых обвиняют в причастности к ряду резонансных преступлений на почве межрасовой и межнациональной ненавистиНа скамье подсудимых—Роман Халилов,Руслан Архипов,Ростислав Малахов и Адель Аскаров, члены националистической группы скинхедов под названием NS-WP («Национал-социализм— Белая нация, белая сила»). Самое громкое их преступление жестокое убийство студента второго курса Казанского федерального университета Махджуб Тиджани. Он был убит 17 февраля 2017 года. За 12 дней до этого убийства, эти скинхеды ночь 5 февраля напали на подростка из Таджикистана Мударриса Мусоева, которому молотком проломили голову. Мударрис в ту ночь вышел в магазин, чтобы купить хлеб. Он после этого нападения несколько месяцев лежал в коме в реанимации.

Сейчас Мударрис один из ключевых свидетелей на процессе против скинхедов. 4 марта он давал показания в Верховном суде Татарстана.

Об этом пишет корреспондент корреспондент местного издания «Бизнес – онлайн»с зала суда:

«СЛЫШУ: КТО-ТО ТОПНУЛ СЗАДИ. ОБЕРНУЛСЯ— И ВСЕ…»

Первым козырем в руках обвинителя оказался Мударрис Мусоев— уроженец Таджикистана, потерпевший по одному из эпизодов дела. Мусоеву слегка за 20, с родителями, тремя братьями и сестрами он живет в Казани. Гособвинение считает, что в начале февраля 2017 года Архипов и Халилов напали на парня в подземном переходе на проспекте Победы, избили его молотком, наносили удары шилом. Он чудом выжил.

«Русским языком владеете?» —обратился к потерпевшему судья. «Да, не так чтобы свободно, но понимаю»,— ответил он и начал излагать свою версию событий.

По словам Мусоева, втот вечер (точную дату и время года он не помнит) мать отправила его в магазин за хлебом и порошком, дала 500 рублей. Выходя из магазина, Мударрис увидел двух парней, те курили в сторонке. Мусоев пошел к подземному переходу. Один из них, по словам потерпевшего, был с татушкой и неправильно на него смотрел. Забегая вперед, скажем, что описать этот взгляд по просьбе защиты он  не смог.

«По лестнице начал спускаться, слышу: кто-то топнул. Обернулся — и все… Я очнулся только в РКБ. Я непонимал, что, как, где я вообще…» — описывал Мусоев. Не обнаружил он при себе и телефона, и 3,5 тыс. рублей. На эти деньги он хотел купить себе боксерские перчатки. Но заниматься боксом было не суждено— Мусоев пролежал в больнице четыре месяца, теперь врачи решают вопрос о присвоении парню инвалидности.

Архипов пытался задать вопросы потерпевшему, но почти все суд отклонил. Подсудимому удалось выяснить только то, что Мусоев камер наблюдения в подземке не видел и не помнит, где лежали у него деньги.
После приступили к допросу свидетелей— отца и матери Мусоева. Историю они рассказывали со слов своего сына. Глава семейства Ахмад Мусоев рассказал, что в роковой вечер ему позвонили из РКБ, сообщив ужасную новость: сын доставлен в больницу в тяжелом состоянии. Мударрис мало что помнит с того дня, продолжил отец, но одно он запомнил точно— татуировку, которую видел в тот вечер и которую заметил у Халилова на предварительном слушании дела в суде.

Мать Мусоева очень плохо говорит по-русски, поэтому была немногословна: она лишь заявила, что ее сын потерял память после того дня. «Он долго ничего не рассказывал. Долго в больнице лежал. Ничего не помнил»,— отметила она.

Закончив допрос, обвинение предоставило доказательства: протокол осмотра места происшествия, фото из подземного перехода, а также заключение медэкспертизы и два заключения биологической экспертизы. Последние показали: кровь, обнаруженная в подземном переходе, может принадлежать Мусоеву.